Свежий воздух, солнце, возможность сменить обстановку и разнообразить учебный процесс — идея проводить уроки на улице кажется привлекательной и современной. Особенно когда речь идёт о младших школьниках, изучении природоведения, ботаники или просто о тёплых майских и сентябрьских днях. Недавнее предложение заместителя секретаря Общественной палаты России Владислава Гриба о проведении занятий для первоклассников на ковриках на открытом воздухе вновь подняло давний вопрос: почему же такая очевидная и полезная практика не становится нормой в российских школах?
Главный барьер — это санитарные правила и нормы (СанПиН). Большинство людей воспринимают их как абстрактные своды, но для учителя это закон, нарушение которого ведёт к выговорам, штрафам и даже увольнению. Согласно этим нормам, учебный процесс строго регламентирован: ученик должен сидеть за партой определённой высоты, соответствующей его росту, в помещении с конкретной температурой, влажностью и освещённостью. «Если кто-то из родителей пожалуется, что детей вывели на улицу, где было неудобно сидеть или температура была неподходящая, учителя накажут», — предупреждает Казаков. И это не пустая угроза. В эпоху, когда ребёнка зачастую вообще не выпускают из школы без сопровождения, любое нововведение становится потенциальным полем для конфликта. Достаточно одной жалобы активного родителя — и педагогу, который искренне пытался сделать урок интереснее, придётся оправдываться перед руководством и проверяющими органами.
Однако проблема не только в бюрократии. Обустроить пространство для учёбы на улице по всем правилам — задача нетривиальная. Нужна не просто ровная лужайка, а специальная инфраструктура: стационарные или переносные парты, защита от ветра и солнца, поверхность, исключающая травматизм. В подавляющем большинстве школ — особенно в больших городах и в подмосковных образовательных гигантах — этого нет. Дворы часто заасфальтированы, лишены зелёных насаждений или, напротив, представляют собой неухоженную территорию. Провести полноценный урок в открытом поле или на голом асфальте, где детям негде даже тетрадь положить, действительно невозможно.
Ещё один аспект, о котором мало говорят, — это переполненность классов. Казаков обращает на это особое внимание: «Представьте себе подмосковную школу, где в классе по 40 учеников». Вывести на улицу 40 детей — задача, близкая к невыполнимой. За ними нужно уследить, рассадить, обеспечить каждого рабочим местом, удержать внимание, пока мимо проходят другие классы, шумят строительные работы или лают собаки. Учитель в таком сценарии превращается из педагога в аниматора-спасателя. Когда же в классе 20 или даже 15 человек, любые нестандартные практики реализуются проще, безопаснее и эффективнее. Но пока школы переполнены, массовый выход на улицу остаётся утопией.
Тем не менее не стоит воспринимать педагогов как консерваторов, враждебных всему новому. Дмитрий Казаков подчёркивает: «Мы не против проводить уроки на улице». Во многих школах, особенно в сельской местности или в частных образовательных учреждениях с камерной атмосферой, такие практики существуют и даже приветствуются. Однако для того, чтобы это стало массовым явлением, необходимы системные изменения: пересмотр СанПиН, создание новой инфраструктуры (открытые учебные классы, амфитеатры, парты-трансформеры) и, что самое важное, снижение наполняемости классов.
А что же делать с программой? Возможно, для освобождения времени на прогулочные уроки стоит сократить или облегчить содержание предметов? Заслуженный учитель России, академик Российской академии образования Евгений Ямбург придерживается иного мнения. Сокращать программу он считает нецелесообразным — сегодня и так существует широкая вариативность обучения, и школы могут выбирать учебные планы под свой контингент. Вместо этого академик предлагает интегрировать некоторые дисциплины друг в друга, устраняя дублирование и формальные темы, освобождая время для живого, практического общения с природой.
Таким образом, предложение проводить уроки на ковриках — это благая, но глубоко недоработанная с организационной точки зрения инициатива. Пока учителя боятся жалоб родителей и наказаний по СанПиН, а в классах сидит по 40 человек, любые разговоры о массовом выдворении школ на газоны будут оставаться красивой, но неосуществимой мечтой. Чтобы эта мечта стала реальностью, менять придётся не расписание, а всю систему взглядов на образование и условия труда тех, кто это образование даёт.